По типу лица скорее уж похож на цезийца, они там все такие, на Севере, очень светлые блондины, с тонкими некрупными чертами почти треугольного узкого лица. Но как здесь мог оказаться цезиец? Ерунда же. Да и что-то такое было в нем... слишком уж непривычное. Ладно, некогда разглядывать... Ильгет подтянула пострадавшего под мышки и тут же едва не выронила его от неожиданности — раненый дернулся и застонал. Открыл глаза. В ту же секунду его рука скользнула к поясу, и диковинный пистолет страшно уставился на Ильгет черным дулом. Ильгет отшатнулась. Глаза чужака оказались серыми, как и ожидалось при таких светлых волосах и коже. Серыми, внимательными, и какая-то муть в них плавала, видно, он еще не вполне пришел в себя. Или просто больно ему было.

Незнакомец вдруг шевельнул пальцами, и шлем в долю секунды раскрылся, просто убрался за голову, словно капюшон, уйдя в пазы высокого ворота.

С открытыми глазами лицо чужого казалось еще необычнее.

Надо было хоть эту пукалку у него забрать. Сейчас пальнет в меня за милую душу. Ну и дура я, надо же быть такой доверчивой.

— Лонгин? — спросил парень хрипло. Ильгет поспешно кивнула.

— Лонгин.

— Ты одна? — вроде бы, без акцента говорит... надо же.

— Одна. С собакой, — Ильгет кивнула на Норку, присевшую настороженно поблизости.

— Хорошо, — прошептал парень. Потом произнес несколько слов, которые Ильгет не разобрала. Похоже, язык чужой... даже не определить — какой.

— Как тебя зовут? — вдруг спросил он, выговаривая слова с некоторым усилием.

— Ильгет, — растерянно ответила она.

— Меня зовут Арнис. Иль-гет. Можешь мне помочь?

— Да. А как?

— Там на правом боку ниже подмышки карманчик такой. Он на... как это сказать... на липучке. Открой. Достань коробочку.

На этом «высотном костюме» вообще было множество разных карманчиков, пряжек, непонятных деталей прицепленных. Ильгет нашла нужный карман и вытащила плоскую синюю коробку с выдавленной на крышке спиралью.